СоловкиЭнциклопедия - крупнейший сайт о Соловках
Loading
Текущее время на Соловках:
:

Книга 10. Глава 4.

Соловецкие лагерь и тюрьма особого назначения

История строительства системы концлагерей

"Этот режим имел один-единственный расчет: довести моральное состояние заключенных до полного отвращения ко всему, что имеет малейшее отношение к слову "жизнь". И это было достигнуто."
Борис Оликер, замнаркома здравоохранения Белоруссии о режиме в СТОН

 

Соловецкий концлагерь как театр абсурда: всепроникающее сумасшествие

 

 

 

"Во время пребывания моего в качестве врача-психиатра в Соловецком и Свирском концлагерях мне пришлось участвовать в медицинских комиссиях, периодически обследовавших всех сотрудников ГПУ,.. среди "начальства" психопатизированных личностей было больше, чем среди квалифицированных преступников". (Профессор И.С.)

Абсурд Соловецкого лагеря начинается со всадника на козле

А.И.Солженицын "Вдруг въезжает через кремлёвские ворота какой-то лихой человек верхом на козле, держится со значением, и никто не смеется над ним. Это кто же? Дегтярев - заведующий Дендрологическим Питомником. Они выращивают экзотические деревья. Здесь, на Соловках.

Так с этого всадника на козле начинается соловецкая фантастика. Зачем же экзотические деревья на Соловках, где простое разумное овощное хозяйство монахов - и то уже загубили, и овощи при конце? А затем экзотические деревья при Полярном круге, что и Соловки, как вся Советская Республика, преображают мир и строят новую жизнь. Но откуда семена, средства? Вот именно: на семена для Дендрологического Питомника деньги есть, нет лишь денег на питание рабочим лесоповала..." (Александр Солженицын "Архипелаг ГУЛАГ". YMCA-PRESS, Paris, 1973.)

Соловки - страна чудовищных контрастов

Второва-Яфа Ольга Викторовна, педагог и соловецкий зэк ... Мы делились опытом и впечатлениями лагерной жизни, которые во многом у нас были схожи.

Соловки — страна чудовищно-жутких контрастов, — говорил он. — Я живу в Филипповой пустыни, где некогда спасался митрополит Филипп. Сейчас там находится зоопитомник, а для обслуживания его туда выделены самые подонки соловецкого населения, и то, что сейчас там творится, превосходит позор всякого публичного дома, всякого воровского притона.

Контраст между тем, чем было в течение веков это место, освящённое молитвами спасавшихся там праведников и многих тысяч паломников, и тем, что теперь там происходит, чудовищен, оскорбителен для каждого, в ком ещё живо религиозное чувство или хотя бы уважение к нашему историческому прошлому. А мне этот контраст представляется порой не случайным, а преисполненным какого-то глубокого значения: он словно символизирует наше всеобщее современное духовное и моральное падение, вопиет об искуплении, о спасении — не этих только жалких и случайных жертв нашего беспринципного времени, а всего многострадального русского народа, который когда-то было принято называть народом-богоносцем и который сейчас так глубоко пал, замученный и поруганный. Не в этом ли горниле греха и страданий — искупление, путь к очищению, на котором, может быть, мы снова обретём своего Бога...

— Вы знаете, — перебила я его, — та же аналогия напрашивалась и мне, когда я, приехав сюда, увидела превращённый в руины обезглавленный и обескрещенный Соловецкий кремль. Ведь я была здесь и раньше, до революции, и ещё видела его таким, каким он был прежде,.. когда монахи были ещё здесь полными хозяевами, а богомольцы и богомолки благоговели перед каждой чайкой, каждой веточкой незабудок.

Но ведь, в сущности, их благоговение было довольно элементарно: они приезжали в Соловки, как ездят в санаторий — для исцеления своих душевных и телесных недугов. В вашей Филипповой пустыни всегда была очередь перед камнем, который, по преданию, служил изголовьем преподобному Филиппу, потому что считалось, что стоит только обойти часовню посолонь с этим камнем на голове — навсегда исцелишься от головной боли. Такая детски наивная и чистая вера, конечно, трогательна и прекрасна, но всё же эти люди искали здесь лишь избавления от своих страданий, а не самоотречения и бескорыстного подвига веры, какие мы видим здесь сейчас. Потому что наряду с теми "подонками", о которых вы говорили, сколько здесь добровольных, стойких и самоотверженных мучеников и мучениц за веру, и ещё не известно, что перевесит в конечном итоге славной истории Соловков и послужит к их вящему прославлению — тот ли период существования монастыря, когда никто и не посягал на его святость и когда Соловецкий кремль выглядел таким живописным, нарядным и благополучным, — или когда теперь он стоит поруганный, обезглавленный и обескрещенный, в мученическом венце, безмолвным свидетелем всего, что здесь теперь творится. Не служит ли он символом того самого очищения через горнило страдания, о котором вы говорите, очищения веры от всего наслоившегося на неё, чисто бытового и граничащего с суеверием? А слепыми орудиями этого обновления и очищения веры оказываются ее гонители — так оно, впрочем, и прежде всегда было. Ведь, в сущности, и самый крест — этот символ христианства — в своё время был не более чем орудием позорной казни и самого кощунственного надругательства над Богом и Человеком, какое когда-либо было в мире...(Второва-Яфа Ольга. Авгуровы острова. Истина и жизнь. 1995. № 10. С.32-47. Цит. по тексту, размещенному в базе данных "Воспоминания о ГУЛАГе и их авторы", составленой Музеем и общественным центром "Мир, прогресс, права человека" им. А.Сахарова.)

Поделиться в социальных сетях

Сдача в соловецкую бухгалтерию окурков и использованной в туалете бумаги

Из вспоминний соловецкого заключенного, бывшего замнаркома здравоохранения Белоруссии Бориса Оликера:
"Курить было можно, но заключенный обязан был по счету вернуть все мундштуки от папирос. На каждого заключенного был заведен индивидуальный счет: когда и сколько папирос он получил, сколько папиросных мундштуков вернул, причем последние должны быть целыми, не откушенными, покрытыми своей тонкой папиросной оболочкой. Время от времени проводился переучет, требовалось указать, сколько осталось несданных мундштуков от выкуренных папирос.

Под контроль попадали даже спичечные коробки и коробки от зубного порошка. Это была сложная бухгалтерия. Сколько людей работало на регистрации мундштуков, папирос и коробков. А сколько заключенных было наказано за кажущуюся недостачу окурков!

Вывод заключенных в уборную Соловецкой тюрьмы особого назначения:
"При входе в туалет каждый получал клочок бумаги величиной со спичечный коробок. Внутри неотступно стоял конвоир и не спускал глаз с заключенного. Горе тому, кто не использовал бумажку и при выходе не вернул ее! (Владимир Христофоров. Соловки. Черный юбилей. "Медицинская газета", Москва, 21.05.1999)

• Мельница, превращенная чекистами в... баню и прачечную.

Спуск на воду парахода без гребного винта

Из вспоминний соловецкого заключенного, А.Клингера, совершившего побег из Соловецкого Лагеря Особого Назначения:
"Характерной чертой Соловков является выполнение сложных технических заданий в порядке административного приказа, не имеющего ничего общего со здравым смыслом. Мнение заключенных инженеров, совершенно но принимается во внимание.

Так, пришел в совершенно негодное состояние пароход "Глеб Бокий" (раньше "Жижгин"). Его начали ремонтировать домашними средствами. Когда ремонт коснулся винта, Попову вдруг, понадобилось срочно спустить пароход на воду. Предупреждение, что без винта пароход не может двигаться, было признано "злостной контрреволюцией" и Ногтев приказал:

— Немедленно спустить пароход!.. "Глеб Бокий" чуть не затонул. С трудом спасенный, он всю навигацию неподвижно простоял в соловецкой гавани, не имея возможности — без винта — двинуться с места! И таких примеров — сколько угодно". ( А.Клингер. Соловецкая каторга. Записки бежавшего. Кн. "Архив русских революций". Изд-во Г.В.Гессена. XIX. Берлин. 1928).

Строительство завода при отсутствии сырья

"Для характеристики "творческой" работы соловецких администраторов необходимо привести такой, связанный с филипповским скитом, факт: чекисты решили устроить у "Живоносного источника" завод для гонки смолы. ГПУ ассигновало крупные деньги, в скит согнали сотни рабочих-заключенных, на постройку выписали из России инженеров и мастеров. А когда, через полтора, года, дорогостоящий завод был готов, выяснилось, что, во-первых, гнать смолу не из чего — нет в достаточном количестве сырья, а, во-вторых, провоз на материк одного пуда смолы обходится вчетверо больше цены того же пуда на месте! Завод бросили, теперь он зарастает бурьяном." ( А.Клингер. Соловецкая каторга. Записки бежавшего. Кн. "Архив русских революций". Изд-во Г.В.Гессена. XIX. Берлин. 1928).

Поделиться в социальных сетях

• СЛОН - первая в мире система промышленного уничтожения людей

Соловецкая трагедия

История концлагеря Разное о СЛОНе Заключенные Соловков Палачи, ВЧК-НКВД... Черная Книга СЛОНа Соловецкие расстрелы Интернациональные Соловки Избранное о красном СЛОНе

Соловки и остальной Мир

• Нужно ли предать гласности имена палачей и доносчиков времен советского террора?

Характер и образ жизни женщин-уголовниц "...до такой степени дикий, что их описание любому, не знакомому с условиями соловецкой тюрьмы, может показаться бредом сумасшедшего... когда уголовницы направляются в баню, они заранее раздеваются в своих бараках и совершенно нагие прогуливаются по лагерю под раскаты смеха и одобрительные возгласы соловецкого персонала." (Мальсагов Созерко. Адские острова: Сов. тюрьма на дальнем Севере: Пер. с англ. - Алма-Ата: Алма-ат. фил. агентства печати "НБ-Пресс", Б.г. 127 с. 1991)

Коротко о Соловках и СЛОНе

Отчет польской разведки "УСЛАГ. 1928-1932. Отношение охраны к заключенным очень суровое, граничит с садизмом. Характерные наказания: избиение палкой, обливание водой на морозе, опускание в прорубь, выдерживание на морозе по нескольку часов...". (Кодола Олег, Фатхуллин Андрей. Путеводитель. Соловецкий архипелаг. Изд-во ООО "Solovki Public Relations & Promotion Group", Архангельск, 2005).

"Археологи" из ЧКа

В лагере осуществляют археологические раскопки: в Соловках работает Раскопочная Комиссия. Палачи хотят знать своё прошлое, усиленно его разрушая, взрывая храмы, сжигая библиотеки, уничтожая уникальные рукописи. Есть Соловецкое Общество Краеведения. Выпускаются отчёты-исследования о неповторенной архитектуре XVI века и о соловецкой фауне. "...ишут с такой обстоятельностью, преданностью науке, с такой кроткой любовью к предмету, будто это досужие чудаки-учёные притянулись на остров по научной страсти, а не арестанты, уже прошедшие Лубянку и дрожащие попасть на Секирную гору, под комары или к оглоблям лошади" (Александр Солженицын "Архипелаг ГУЛАГ". YMCA-PRESS, Paris, 1973.)