СоловкиЭнциклопедия - крупнейший сайт о Соловках
Loading
Текущее время на Соловках:
:

Книга 2. Глава 2.

Проза Соловецкого архипелага

Писатели, публицисты и литераторы о Соловках

"Вскоре я стал догадываться, что в большом мире, а большим миром были для меня в ту пору два наших двора, интеллигентов не слишком жалуют..."
Юрий Нагибин

 

 

 

 

Юрий Маркович Нагибин. Соловки. Тьма в конце тунеля

Цитаты о Соловках. Рассказы, романы, публицистика о Соловках
Рис.1. Соловки притягивали внимание писателей и литераторов... Юрий Нагибин

В 1980 году Юрий Нагибин совершил поездку по маршруту: Ленинград — Шлиссельбург — Валаам — Петрозаводск — Кижи — Кондопога — Марциальные воды — Архангельск — Новые Карелы — Соловки. Во время поездки родился один из его сильнейших рассказов — «Терпение».

Тьма в конце туннеля

Наш дом был известен в округе как Дом печатников, так называли в ту пору всех типографских работников без разбору. В Армянском и прилегающих переулках находилось несколько больших типографий, а во время революции в нашем доме располагался штаб революционных печатников. Но, конечно, тут были представлены и другие профессии: торговцы, ставшие после ликвидации нэпа красными продавцами - так, во всяком случае, именовал себя бывший палаточник Мельников, отец моего злейшего врага Женьки, были служащие почтамта, доживало несколько настоящих нэпманских семей, в год, когда началась первая пятилетка и коллективизация, главы этих семей отправились в Соловки, а мой отец на берег Лены, под Жиганск, он был всего лишь незадачливым биржевиком, с ним поступили мягче; украшали дом: артист Лепковский, седовласый, с зычным голосом, шофер грузовика Козлов в кожаной тужурке, кучер Потапыч с ватным задом - в первом дворе, глядевшем на Армянский, имелась конюшня, где хрумкали овсом два бывших рысака, Хапун и Магарыч. Когда-то на них ездила миллионщица Высоцкая (чаеторговля), потом бриллиантщик Саматис, а затем какой-то советский чин с тонкими ногами, тесно обжатыми хромом высоких сапог. И вдруг все исчезло: чин в сапогах, кучер, лошади, а конюшню превратили в домашний клуб. (Нагибин Юрий. Тьма в конце туннеля. Повести. Москва, "Подкова". 1998)

Поделиться в социальных сетях

• Купечество, нэпманы и биржевики в СЛОНЕ

Путешествие в Соловки

"Летом 1980 г. Нагибин путешествовал по Северу, был в Карелии, Архангельске, на Соловках. Впечатления от Соловков подробно изложены в повести «Встань и иди». «Соловецкий» цикл составили рассказ «Куличок-игумен» («Дружба народов».- 1985.- № 12) и повесть «Поездка на острова» («Нева». - 1986. - № 1).

Рассказ о несокрушимом духом соловецком игумене Филиппе Колычеве перебрасывает мысль писателя к Соловкам современным и к тем, кто унаследовал (или не унаследовал) его нравственные заветы. Соловки в контексте двух произведений уже не просто нейтральное место действия, а некая «обетованная земля», масштабом которой измеряются подлинные ценности в прошлом и современности. За счёт такого «двукратного» проигрывания внутренних тем они приобретают глубину и масштабность. При этом главной темой становится проблема человека на крутом изломе судьбы, вплетённая в историко-культурные раздумья России. Автору важно подчеркнуть момент духовной преемственности непреклонного в борьбе со злом Филиппа Колычева – сначала игумена Соловецкого монастыря, а затем мятежного митрополита, противника Грозного - и нашего современника Егошина, редактора отдела поэзии." (Автор не известен. Литературная карта Архангельской области. Архангельская областная научная библиотека им.Н.А.Добролюбова. Архангельск, 2007)

Поделиться в социальных сетях

Две цитаты из повести Юрия Нагибина "Поездка на острова"

Юрий Нагибин. Поездка на острова
Обложка книги Юрия Нагибина "Поездка на острова"
"Они опоздали на теплоход. На прекрасный туристский теплоход, с уютными каютами, баром, кинозалом, скоростной теплоход, который тратит от Архангельска до Соловков всего одну ночь. Их подвело доверие к авиации.

— Зачем трястись ночь и утро в поезде, когда за полтора часа лету мы будем в Архангельске, — говорил Борский — ведущий в паре, — и нас из аэропорта доставят прямо на теплоход.

Борский достал туристские путевки в Соловки, куда после пожара, уничтожившего всю органическую жизнь на Заицких островах, вольных странников не только не допускали, но, буде кто прорвется, под конвоем возвращали на Большую землю. Ущерб, нанесенный Соловецкому архипелагу неорганизованными туристами, неизмеримо превзошел бесчинства курсантов Школы юнг, завладевшей островами после ликвидации СЛОНа (Соловецкий лагерь особого назначения) в 1939 году. Но морские курсанты стояли на страже Соловецких островов в пору Отечественной войны, чем искупили весь причиненный ими ущерб, хотя бы в моральном плане. Туристы не сделали ровным счетом ничего хорошего для островов ни в какую пору, напротив, разнуздываясь с каждым годом все больше, пускали на свои якобы романтические костры реликтовые деревья, истребили не только рыбу, водоплавающую и боровую дичь, но подобрались к тюленям, нерпам и зайцам, заразив немногочисленное и кроткое местное население беспримерным хищничеством. Отбраконьерив, натрескавшись ухи, не уступающей архиерейской, налившись водкой и пивом, романтики второй половины двадцатого века принимались щипать гитарные струны и петь горестные — не из своей биографии — песни, затем, взбодрив костры в защиту от комарья, забирались в палатки и засыпали, довольные собой и жизнью. В одну из подобных ночей сгорели дотла Заицкие острова. На чем и кончилась браконьерски-гитарная романтика в соловецком микромире." (Юрий Нагибин. «Поездка на острова». Журнал «Нева». Ленинград. № 1. 1986.)

* * *

свв. Савватий и Герман Соловецкие
Прибытие преподобных Савватия и Германа на Соловецкий остров. Миниатюра из книги конца XVI века.

"В Соловецком монастыре хранились останки еще трех святых: Савватия, Зосимы и Германа. Что за странная и загадочная фигура этот Герман? Его причислили к лику святых куда позже, нежели Савватия, с которым он пришел на необитаемые острова в Белом море и основал здесь скит, и даже явившегося через много лет Зосимы — этого чтят едва ли не выше Савватия, считая истинным основателем обители. Первую деревянную церковь на островах — Преображения Господня — поставил действительно он, чем и заложил будущую кинию. А с Германом — какая-то муть. По непонятным причинам он вдруг оставил своего напарника, «отлучился» в Поморье и вернулся назад, когда Савватия уже не было в живых. Через год к нему присоединился преподобный Зосима. А потом начала стекаться братия и строить кельи при церкви. А умирать Герман, кажется, опять ушел на Большую землю. Его долго не канонизировали...

...Об этом запоздало канонизированном святом говорилось всегда глухо и уклончиво. Дважды Герман оказывался сотоварищем таких значительных деятелей церкви, как Савватий и Зосима, выходит, было в нем что-то притягательное для совместного скитского уединения. Но и чем-то неполноценным, убогим веяло от этого размытого образа, и почему он всегда в загоне? Ведь церковь любит убогих и охотно возвеличивает их. «Блаженны нищие духом, ибо их есть царствие небесное». Но нищим духом его не назовешь: не побоялся же он по какой-то таинственной «надобности» бросить Савватия и перебраться на Большую землю. Этому решительному и непонятному поступку церковные авторы никогда не давали оценки. А затем его приблизил такой крупный человек, как Зосима. Привлекал чем-то Герман ищущих уединения и вящего пустынножительства далеко еще не старых старцев. Но чем?.. Рабочей силой, простодушием и молчаливостью или телесной красотой?

Любопытное явление — это парное отшельничество. Привлекал, сильно привлекал ядреных старцев пригожий и простодушный Герман!.. Потому и вышла заминка с его канонизацией…" (Юрий Нагибин. «Поездка на острова». Журнал «Нева». Ленинград. № 1. 1986.)

Поделиться в социальных сетях

• Соловецкий книжный каталог: алфавитный список книг, брошюр, альбомов, журналов, газет, содержащих романы, повести, литературные сборники, научные статьи о Соловках (Соловецких островах).
Личное дело
Юрий Маркович Нагибин (Yuriy Nagibin), писатель Нагибин
Юрий Маркович

( 03.04.1920-17.06.1994 )

Прозаик и журналист. Родился в Москве в семье служащего. После окончания школы поступил в медицинский институт, который решил оставить. Нагибин проходит на факультет сценаристов во ВГИКе. В 1940 напечатал первый рассказ.

Ушел на фронт - он был направлен в VII отдел ПУ (контрпропаганда) Волховского фронта. Воевал, выходил из окружения. Наблюдения фронтовой жизни вошли в его военные рассказы. Был контужен (1942), вернулся в Москву и до конца войны работал в газете "Труд". Побывал в Сталинграде, Ленинграде, Минске, Вильнюсе... В 1943 вступил в Союз писателей.

Работал до конца дней своих. После его смерти вышла автобиографическая проза писателя - "Тьма в конце туннеля". Умер 17.04.1994 в Москве.

Соловецкая библиография

Нагибин Юрий. Куличок-игумен. Журнал «Дружба народов», № 12. 1985.
Нагибин Юрий. Поездка на острова. Повесть. Журнал «Нева», №1, 1986.