СоловкиЭнциклопедия - крупнейший сайт о Соловках
Текущее время на Соловках:
:
Loading

Книга 7.Святые Соловецкого архипелага

Глава 11. Поименный Собор соловецких новомучеников XX века

Священномученик Иларион (Троицкий)

"Не спрашивай у Бога дорогу на небо, ибо Он укажет тебе самую трудную." (Станислав Ежи Лец, писатель, Польша)

 

 

 

 

"Cсыльный епископат в знак особого уважения избрал святителя Илариона (Троицкого) архипастырем - главой Соловецкого православного духовенства. В Соловках поминали старшего архиерея "Соловецким". Старшим был святитель, именуемый "...Высокопреосвященный Иларион, архиепископ Соловецкий" (Монахиня Серафима)

Священномученик Иларион (Троицкий)
Святитель Иларион (Троицкий)

"Усердно прошу обратить внимание на крайне провокаторскую контрреволюционную деятельность тихоновского ассистента Илариона... проповедуя.., он произнес такую погромную речь, что в толпе в ограде и на улице произошли физические столкновения и дело окончилось арестами. За пережитые десять дней тихоновцы чрезвычайно обнаглели, держат себя вызывающе и готовы перейти к избиению, и это настроение - определенно погромное и ярко антисоветское - создается им, епископом Иларионом. Если его явно контрреволюционной деятельности не будет положен предел, то неизбежны общественные беспорядки и избиение церковных обновленцев". (Священник Владимир Красницкий. Из доноса в ОГПУ. 06 июля 1923 года)

Жизнь до красного переворота

Святитель Иларион (в миру Владимир Троицкий) родился 13.09.1886 года в семье священника Алексея в селе Липицы Каширского уезда Московской губернии. В семье было еще четверо детей — младшие Димитрий, Алексей, Ольга и София.

Святитель Иларион получил превосходное духовное образование: 1900 год - окончание Тульского духовного училища, 1906 - завершение с отличием курса Тульской духовной семинарии и поступление в Московскую духовную академию. В 1910 году Владимир Троицкий заканчивает академию со степенью кандидата богословия и становится профессорским стипендиатом. 11.12.1912 году защищает магистерскую диссертацию, которая была опубликована под названием "Очерки из истории догмата о Церкви" в 1912 году. За студенческие работы он был удостоен двух наград - премии Московского митрополита Макария за лучшее семестровое сочинение и премии митрополита Московского Иосифа за лучшую кандидатскую работу (1910). Диссертация была отмечена премией Московского митрополита Макария в 1912 году.

Научная деятельность для Троицкого была неотделима от подвижничества и церковной жизни: в 1910 году Владимира Троицкого, выпускника академии, оставляют для научной работы и преподавания. Одновременно с присуждением Владимиру Троицкому степени магистра богословия в самом начале 1913 года его утверждают в должности доцента академии по кафедре Нового Завета. В 1913 года Троицкий становится профессором. С академией он был связан до мая 1920 года - времени своего рукоположения во епископа Верейского.

28.03.1913 года Владимир принял монашеский постриг с именем Илариона. 11.04.1913 года Троицкого рукоположили во иеродиакона, 2 июня - во иеромонаха, а 5 июля отец Иларион был возведен в сан архимандрита. Святитель Иларион (Троицкий) был не только прирожденным монахом, ученым и педагогом: Бог в нужный момент призвал его к высшему церковно-общественному служению, его натуре церковного деятеля был присущ святительский размах. Этот новый поворот в его жизненном пути произошел в 1917 году, когда ему пришлось участвовать в Поместном Соборе Русской Церкви.

Священномученик Иларион (Троицкий)
Святитель Иларион (Троицкий)
Поместный собор русской церкви и роль святителя в восстановлении патриархии

На Собор отец Иларион пришел с идеей необходимости восстановления в Русской Церкви патриаршества. 23 октября Святитель произнес на Соборе свою ставшую знаменитой речь "Почему необходимо восстановить патриаршество?". Сразу после избрания Патриарха архимандрит Иларион становится его секретарем и главным консультантом по богословским вопросам. Перед Патриархом стояла труднейшая задача сохранения Церкви. Во всех контактах с советской властью - при переговорах с Тучковым, встречах с "революционным" духовенством и т. д. - святитель Иларион всегда находился под вражеским ударом, заслоняя собою Патриарха.

Первые аресты

Весной 1919 года архимандрит Иларион был заключен в Бутырскую тюрьму. В мае 1920 года архимандрит Иларион был возведен в святительский сан. После декрета ВЦИК от февраля 1922 года об изъятии церковных ценностей, приведшего к народным волнениям, по стране покатился вал репрессий. В апреле 1922 года был арестован Патриарх Тихон. Еще раньше, 22 марта, оказывается под арестом святитель Иларион, которому выпало на долю разделить крест Патриарха. В июне он высылается на год из Москвы в Архангельск. В июне 1923 года Патриарха Тихона освободили. Главным исполнителем воли Патриарха и его правой рукой стал Иларион, возведенный в архиепископский сан. Святитель еще не знал, что ему уготована участь Соловецкого узника.. Летом 1923 года святитель Иларион совершил беспрецедентное святительское деяние: заново, великим чином освятил престол и собор Сретенского монастыря на улице Большая Лубянка. Этим он показал, что грех и нечестие отступничества от Церкви требуют особого очищения. Молва об этом сразу разнеслась не только по Москве, но и по всей России. Ни лидеры обновленчества, ни чекисты не могли простить святителю Илариону этого поражения. Начальник VI "церковного" отделения СО ГПУ Е.А.Тучков, потребовал начать примирение с обновленческим "архиепископом" Евдокимом Мещерским. Патриарх самым решительным образом отказался. Через несколько дней был арестован архиепископ Иларион, на которого чекист Тучков возложил главную ответственность за провал своей политики.

Тучков Евгений - начальник 6 секретного отдела 'церковного' ОГПУ/НКВД Тучков Евгений Александрович
(1892-1950?)

Профессиональный провокатор и церковный палач, родился в 1892 г. в деревне Теляково Суздальского уезда Иваново-Вознесенской губернии. Получил четыре класса образования, работал в кондитерской и в кожевенно-обувной мастерской, позднее писарем в тыловых штабах. После революции Евгений Тучков вступил в партию, а в 1918 г. в ВЧК. Некоторое время он работал в Уфе, возглавлял отряд ЧОН, а затем и секретный отдел ГубЧК. С 1922 г. по 1929 г. Тучков руководил секретным 6-м "церковным" отделением ОГПУ. В 1928 г. поступает в МГУ, но проучившись год и не справившись, покиндает университет. Уволен из НКВД СССР в 1939 г. из-за невозможности предоставить работу по данному направлению. Именно эту дату и надо считать датой гибели РПЦ. Расстреливать было уже некого. В 40-е годы Евгений Александрович работал лектором общества "Знание" (с 4-мя классами школы!!). Умер в начале 50-х.

Путь в Соловки только начинается

Владыку осудили на три года концлагерей. 01.01.1924 года он был привезен на пересыльный пункт на Поповом острове, а в июне отправлен на Соловки. На Соловках стали ходить о нем легенды. Мир узнал о нем и благодаря книге "Неугасимая лампада" Бориса Ширяева - бывшего соловецкого узника. Не только Ширяев, но и другие свидетели сообщают о том, что единственное в истории Соловецкого лагеря пасхальное богослужение (1926 год) возглавлял святитель Иларион (Троицкий). По воспоминаниям соловецкого узника священника Павла Чехранова, служба, проведенная святителем Илариона, состоялась втайне от начальства в недостроенной пекарне. Участвовали кроме отца Павла в ней всего два человека — епископ Нектарий (Трезвинский) и архиепископ Иларион (Троицкий). В лагере владыка пользовался огромным почетом. Верующие видели в нем духовного отца, а неверующие - миссионера. Авторитет святителя был так высок, что вскоре сведения о его лагерной деятельности дошли до эмиграции. Благодаря ему, Соловецкий лагерь 20-х годов стал своеобразным духовным очагом.

Святитель Иларион стал одним из автором "Послания Соловецких исповедников" или "Памятной записки соловецких епископов" (27.05-09.06.1925), выразившей волю группы епископов, которая стала как бы негласным церковным собором. "Послание" содержало принципы сосуществования Церкви и безбожной государственной власти; она продолжала линию политики, которую вел Патриарх Тихон. Составители "Послания" заявили о систематических гонениях на Церковь в Советском Союзе и обличили ложь обновленчества. Они призвали к последовательному проведению в жизнь закона об отделении Церкви от государства, о желании Церкви действовать без государственных чиновников.

Cмерть святителя илариона

В конце лета 1925 года святителя перевели из Соловков в ярославскую тюрьму. Через год святителю дали новый трехлетний срок. Весной 1926 года святитель вновь оказывается на Соловках. Осенью 1929 года срок заключения святителя Илариона заканчивался. Однако уже в октябре владыка был сослан на три года в Среднюю Азию. На этапе святитель заразился сыпным тифом, его привезли в ленинградскую тюрьму. Помочь ему было уже невозможно. В бреду священномученик говорил: "Вот теперь я совсем свободен!" Врач, присутствовавший при его кончине, был свидетелем того, как святой благодарил Бога, радуясь близкой встрече с Ним. Он отошел ко Христу со словами: "Как хорошо! Теперь мы далеки от..." Это произошло 15/28 декабря 1929 года.

1924 - 1926. Соловки. Лагерь особого назначения

15 ноября 1923 года архиепископ Иларион был арестован, а 7 декабря комиссия НКВД приговорила его к трем годам заключения на Соловках.

В январе 1924 года архиепископ прибыл на пересыльный пункт на Поповом острове. Здесь его застало известие о смерти Ленина. В то время, когда в Москве опускали в могилу гроб с телом Ленина, заключенные по распоряжению лагерного начальства должны были молча стоять пять минут. Владыка Иларион лежал на нарах, когда посреди барака стоял строй заключенных, среди которых были и священнослужители. "Встаньте, все-таки великий человек, да и влетит вам, если заметят", - убеждали его заключенные. Все кончилось, однако, благополучно, а Владыка, обращаясь к духовенству, сказал: "Подумайте, отцы, что ныне делается в аду: сам Ленин туда явился, бесам какое торжество".

В июне 1924 года после открытия навигации архиепископ Иларион был отправлен на Соловецкий остров; здесь он вязал сети на Филимоновской рыболовной тоне, был лесником, сторожем в Филипповой пустыни. На Филимоновской тоне в десяти километрах от главного Соловецкого лагеря он находился вместе с двумя епископами и несколькими священниками. Об этой своей работе он говорил добродушно: "Все подает Дух Святый: прежде рыбари богословцы показа, а теперь наоборот - богословцы рыбари показа". В лагере он сохранил монашескую нестяжательность, незлобивость и простоту. Он просто отдавал всем все, что у него просили. Ни на какие оскорбления окружающих никогда не отвечал, казалось, не замечая их. Он всегда был мирен и весел, и если даже что и тяготило его, он старался скрыть это за своим благодушием.

Знавшие его в Соловках писали о нем: "Он доступен был всем... с ним легко всем. Самая простая внешность - вот что такое был Владыка. Но за этой заурядной формой веселости можно было постепенно усмотреть детскую чистоту, великую духовную опытность, доброту и милосердие, это сладостное безразличие к материальным благам, истинную веру, подлинное благочестие, высокое нравственное совершенствование. Его обыкновенный вид скрывал от людей внутреннее делание и спасал его самого от лицемерия и тщеславия. Он был решительным врагом всякого лицемерия и показного благочестия. Каждого прибывавшего в Соловецкий лагерь священника Владыка подробно расспрашивал обо всех предшествовавших заключению обстоятельствах.

- За что же вас арестовали? - спросил Владыка прибывшего в лагерь игумена одного из монастырей.
- Да служил молебны у себя на дому, когда монастырь закрыли, - ответил тот, - ну, собирался народ, и даже бывали исцеления...
- Ах вот как, даже исцеления бывали... Сколько же вам дали Соловков?
- Три года.
- Ну, это мало, за исцеления надо бы дать больше, советская власть недосмотрела..."

Желая вовлечь архиепископа Илариона в раскол, чекист Тучков распорядился перевезти его из Соловков в Ярославское ГПУ, предоставить ему отдельную камеру, возможность заниматься научной работой, вести деловую переписку и получать любые книги с воли, а тем временем попытаться уговорить его на сотрудничество с ГПУ. 5 июля 1925 года архиепископ Иларион был переведен из Соловецкого лагеря в ярославский политический изолятор. Оказавшись здесь, он писал своей родственнице: "Ты спрашиваешь, когда же кончатся мои мучения? Я отвечу так: мучений я не признаю и не мучаюсь. При моем "стаже" меня ведь тюрьмой не удивишь и не испугаешь. Я уже привык не сидеть в тюрьме, а жить в тюрьме, как ты живешь в своей квартире". Тучков дважды приходил к архиепископу. Первый раз Тучков пришел к нему в камеру, где беседовал о церковных делах и о церковной жизни в настоящий момент. Во второй раз Тучков вызвал архиепископа в тюремную канцелярию и здесь снова завел разговор о церковных событиях последнего времени и предложил освободить архиепископа и возвратить на Московскую кафедру, но с условием, что он поддержит одну из групп духовенства - имелись в виду григорианцы. Все переговоры его с Владыкой не привели ни к чему. Высокопреосвященнейший был непримирим к обновленцам, отказался поддержать григорианский раскол, выставил требования, чтобы новое Церковное Управление непременно имело благословение Местоблюстителя, митрополита Петра, и чтобы в него вошли архиереи, которые имеют на это благословение самого Местоблюстителя. У архиепископа Илариона и Тучкова почти по всем пунктам были разные взгляды. Владыка предлагал государству и его представителям сотрудничать с Церковью, но на основании независимости Церкви, на основании положительного роста и духовной силы самой православной паствы, члены которой являются также и гражданами государства и, следовательно, составляют и его силу. Тучков требовал сотрудничества Церкви и ее иерархов на основе полного подчинения Церкви государству, что явилось бы самоуничтожением и уронило бы авторитет церковных иерархов в глазах верующих. В конце концов Тучков потребовал прямого сотрудничества и осведомительства, как если бы Владыка был одним из сотрудников ГПУ. Тучков желал прежде физического уничтожения своего врага уничтожить его нравственно. Архиепископ ответил на эти предложения резким, категорическим отказом. Видя, что погубить этого выдающегося иерарха не удается, Тучков зло сказал: "Приятно с умным человеком поговорить. А сколько вы имеете срока в Соловках? Три года?! Для Илариона три года! Так мало?!"

26 февраля 1926 года архиепископа перевели из отдельной камеры в общую камеру тюрьмы в Коровниках. 15 марта Владыка писал родственнице о происшедших в его жизни переменах: "Удивительное дело! Никто меня к тюремному заключению не приговаривал, и все-таки я сижу в тюрьме, где сидят все по определенным судебным приговорам. Но... удивляться уже давно перестал. Только почему это все со мной такие фокусы происходят? Ведь никого во всей тюрьме нет без приговора, кроме меня. Все наши прочие спокойно живут в Соловках, а я вот уже на второе место перебираюсь. Что-то еще неожиданного преподнесет мне время?".

1 апреля архиепископу Илариону стало определенно известно, что в ближайшие дни его отправят с этапом на Соловки. Узнав об этом, он писал родным: "Это переселение для меня, пожалуй, приятно. Ведь сидеть взаперти мне вовсе не следует. А там куда свободнее. Да и знакомые мне все места-то там. Друзей у меня там масса. С ними охота и повидаться. Вот одно только не особенно приятно, это - путешествие. Пожалуй, до самой Пасхи буду я странствовать до берега, то есть до Попова... И зачем только меня тащили-то сюда? Пожалуй, и нужно было кое о чем поговорить, и говорили, да видно не очень-то речи мои понравились. Ну, что Бог ни делает, все к лучшему. Надеюсь, что и на этот раз будет именно к лучшему..."

В пересыльный лагерь на Попов остров Владыка прибыл незадолго до Пасхи, здесь нужно было дожидаться начала навигации, когда заключенных переправляли на Соловки. Пасха в лагере для некоторых оказалась удивительной и запомнилась на всю жизнь. Вот как описывает ее священник Павел Чехранов: "Кругом лес, колючая проволока, на высоких столбах будки... Людей нагнали в пункт видимо-невидимо. Вследствие весенней распутицы лесные разработки закончились. И более тысячи человек возвращались обратно в лагерь. А весь лагерь рассчитан на восемьсот человек. Клуб закрылся и переделан под жилое помещение с нарами. В прочих бараках проходы застроены нарами, двойные нары переделаны в тройные - в три этажа. Даже в привилегированном канцелярском бараке теперь двойные нары, и вместо шестидесяти человек стало там сто двадцать. Кипятку сплошь и рядом не отпускалось, так как все котлы занимались под обед и ужин.

С началом навигации архиепископ Иларион был отправлен на Соловки. В это время здесь по благословению архиепископа Евгения (Зернова) была написана церковная декларация, которая, по мнению ее составителей, определяла положение Православной Церкви в новых исторических условиях, а также взаимоотношения Церкви и государства. Когда архиепископ Иларион прибыл на остров, текст декларации был уже прочитан и одобрен большинством архиереев. Единомыслен был с ними и Владыка, лишь выразил сомнение, не будет ли некорректным поучать заместителя Местоблюстителя митрополита Сергия, но по размышлении согласился, что это послание будет иметь для митрополита значение совета, который он волен будет принять или нет.

О своей встрече с архиепископом Иларионом в этот период жизни Олег Волков в своих воспоминаниях писал: "Иногда Георгий уводил меня к архиепископу Илариону, поселенному в Филипповской пустыни, в верстах трех от монастыря. Числился он там сторожем. Георгий уверял, что даже лагерное начальство поневоле относилось с уважением к этому выдающемуся человеку и разрешало ему жить уединенно и в покое. Преосвященный встречал нас радушно. В простоте его обращения было приятие людей и понимание жизни. Даже любовь к ней. Любовь аскета, почитавшего радости ее ниспосланными свыше. Мы подошли к его руке, он благословил нас и тут же, как бы стирая всякую грань между архиепископом и мирянами, прихватил за плечи и повлек к столу. И был так непринужден... что забывалось о его учености и исключительности, выдвинувших его на одно из первых мест среди тогдашних православных иерархов. Мне были знакомы места под Серпуховом, откуда был родом владыка Иларион. Он загорался, вспоминая юность. Потом неизбежно переходил... к суждениям о церковных делах России.

- Надо верить, что Церковь устоит, - говорил он. - Без этой веры жить нельзя. Пусть сохранятся хоть крошечные, еле светящиеся огоньки - когда-нибудь от них все пойдет вновь. Без Христа люди пожрут друг друга. Это понимал даже Вольтер... Я вот зиму тут прожил, когда и дня не бывает - потемки круглые сутки. Выйдешь на крыльцо - кругом лес, тишина, мрак. Словно конца им нет, словно пусто везде и глухо... Но "чем ночь темней, тем ярче звезды..." Хорошие это строки. А как там дальше - вы должны помнить. Мне, монаху, впору Писание знать".

Священномученик Иларион (Троицкий)
Святитель Иларион (Троицкий) на Соловках и на иконе.

1926 - 1929. Cоловки. "На повторительный курс остался"

В ноябре заканчивался трехлетний срок заключения архиепископа, и перед концом навигации он был перевезен с острова на материк. 19 ноября 1926 года Особое совещание при Коллегии ОГПУ приговорило Владыку к трем годам заключения на Соловках. Его обвинили в том, что он разгласил содержание разговоров с Тучковым. Прибыв на Соловки, Владыка шутил: "На повторительный курс остался". Осенью 1927 года началось новое смятение, отчасти связанное с публикацией декларации митрополита Сергия. Архиепископ Иларион, отличавшийся большой выдержкой и мудростью, обладая широким историческим кругозором, собрал в "келью" архимандрита Феофана полтора десятка епископов, некоторые из которых стали соблазняться происходящим на воле смятением, и убедил святителей ни при каких условиях не идти на раскол. "Никакого раскола! - сказал он. - Что бы нам ни стали говорить, будем смотреть на это, как на провокацию!"

Пошел новый трехлетний срок, снова пришлось переживать зиму на Соловках. Хотя и вместе с архиереями-друзьями, такими, как архиепископ Херсонский Прокопий (Титов), а все же в неволе. Родственнице архиепископ в это время писал: "Меня хоть никто дедушкой не называет. Однако иной раз случалось, что стариком назовут, и то странно слышать. Меня больно уж борода выдает - поседела, как неведомо что. Однако душа, чувствуется, еще не постарела. Интересы в ней всякие живут и рождаются. Интересы эти приходится удовлетворять чтением, потому что для настоящих занятий нет, понятно, соответствующих условий. Часто является досадливая мысль: вот если бы иметь столько свободы от работ и столько досуга в академической обстановке! Но подосадуешь, подосадуешь, да тем и ограничишься. А раскроешь книгу посерьезней - оказывается, далеко не всегда ее можно читать - внимание рассеивается тем, что окружает и что вовсе неинтересно. С внешней стороны жизнь моя сравнительно сносная - голоден не бываю, в квартире не мерзну, одеться имею во что (хотя нередко так одет, что и ты бы не узнала), поговорить есть с кем, забот на душе почти никаких. Видишь, сколько преимуществ имею! Но, конечно, долгонько зажился я на Белом море... Выкинут я стихийно на далекий остров. Но сожаления я стараюсь не растравливать в душе моей, на окружающее стараюсь не обращать внимания, а жизнь наполнять тем, чем можно. И так за долгие годы привык и живу не тужу. На лучшее не надеюсь, от худшего не отрекаюсь. Какова есть о мне воля Божия - так пусть и будет".

Незадолго до окончания срока и выезда с Соловков архиепископ писал родным: "Дожил я уже до осени и этого года. Только осень у нас прямо удивительная - доселе нет ни холода, ни снега: иной раз дождичек сыплет и сыплет, а иной раз и сухо станет. А в прошлые годы в это время всегда ходил по льду озера. 15 ноября исполняется пять лет, как я странствую, - если, конечно, считать, что лето 23-го года я жил сколько-нибудь оседло (а это весьма сомнительно). Сейчас я переживаю не вполне приятное состояние полной неизвестности: уеду ли я отсюда или опять останусь. Если уеду, то скоро, но сменяю ли я в этом последнем случае ястреба на кукушку - тоже неизвестно. Словом, внутри у меня неизвестность и неопределенность. Чего пожелать самому себе - тоже не знаю. Ведь в иных отношениях у нас здесь лучше вашего, да и прижился за долгие годы. Только душа просит нового..."

14 октября 1929 года Особое совещание при Коллегии ОГПУ приговорило архиепископа к трем годам ссылки в Казахстан. Самое мучительное было в том, что теперь от Белого моря через всю страну до самых южных границ он должен был проехать этапным порядком, многократно оставаясь на неопределенный срок в пересыльных тюрьмах. По сравнению с тем, что ему предстояло теперь, Соловки были отдыхом."

Религиозный каталог. Религия на Соловках: Соловецкие святые, Собор всех Соловецких святых, иконы, иконостасы, колокола, молитвы, акафисты, тропарион, поклонные кресты на Соловках, церковные праздники, священные и церковные празднования, Спасо-Преображенский Соловецкий ставропигиальный мужской монастырь, монастыри, скиты, отшельники, священное писание, Библия. Православие, католичество и др. веры. Секты и религиозные течения на Соловках.

Соловецкие святые: основатели, первопроходцы и первожители. Становление и укрепление православия на Соловках

Прославить для общецерковного почитания в лике святых
Деяния Юбилейного архиерейского собора pусской православной церкви
www.solovki.ca/new_saints_12/
Неизвестный Святой Соловков
Соловецкие святые, сведения о которых утеряны. Елиссей Сумский, Соловецкий.
www.solovki.ca/saints_11/
Борьба с обновленчеством

Святитель Иларион был ближайшим сподвижником патриарха Тихона. Из большевитских застенков Святитель вышел в начале июля 1923 года только на несколько месяцев. В эти дни в Москве владыка внес огромный вклад в борьбу с обновленчеством. Новый арест и ссылкам в Соловки последовали 15.11.1923 года. Борьба святителя Илариона с обновленческим расколом стала ярким примером служения Богу и Отечеству.

Украли палец новомученика

В Санкт-Петербурге неизвестные ограбили церковь Иконы Казанской Божией Матери в Новодевичьем монастыре. Из храма исчезла стеклянная колба, в которой хранился палец новомученика Илариона Троицкого. По информации ГУВД Северной столицы кража была совершена во вторник. Воры проникли в храм под видом верующих и похитили реликвию. По факту преступления возбуждено уголовное дело. ("ИТАР-ТАСС" 12.02.2004)

Соловецкие зэки в день смерти ленина или как сбываются предвидения

история похорон Ленина и реакция на нее патриарха Тихона и зэка-соловчанина святителя Иллариона

Труды святителя Илариона, выдающегося церковного писателя, принадлежат святоотеческой линии в русской духовной литературе первых десятилетий XX века. Письмо архиепископа Илариона к Н.Н. по поводу Декларации митрополита Сергия (1927)

Страница о жизни святителя Илариона на Соловецких островах написана по материалам статей, опубликованных в "Московских епархиальных ведомостях" (5-6, 1999), "Журнале Московской Патриархии" (Начало №6, 1998), "Журнале Московской Патриархии" (Окончание №7, 1998), книге Б.Ширяева "Неугасимая лампада" и фрагментам фотографий, опубликованных Фондом "Память мучеников и исповедников РПЦ".

Деяния Юбилейного архиерейского собора pусской православной церкви

Список всех соловецких новомучеников и исповедников ХХ века

Правящими архиереями последовательно избирались епископ Евгений (Зернов), епископ Прокопий(Титов), архиепископ Иларион (Троицкий) и архиепископ Петр (Зверев).

На Cоловках отмечено еще одно место, связанное с памятью свщмч. Илариона (Троицкого)

Он исполнял обязанности лесника и жил в самом здании часовни. Впоследствии оно было разобрано на дрова, и место постройки заросло лесом (до наших дней сохранились только задернованные фундаменты). Установленный крест, таким образом, отмечает не только место разрушенной святыни, но и еще одну географическую точку на Соловках, связанную с памятью святителя Илариона. (Алексей Лаушкин. На Cоловках отмечено еще одно место, связанное с памятью свщмч. Илариона (Троицкого). Портал "Православие.Ru". Москва. www.pravoslavie.ru. 28.05.2003)